Главная
 
Библиотека поэзии СнегиреваПятница, 19.07.2019, 03:14



Приветствую Вас Гость | RSS
Главная
Авторы

 

Зинаида Гиппиус

 

    Стихи 1901 - 1902

 

О ДРУГОМ

Господь. Отец.
Мое начало. Мой конец.
Тебя, в Ком Сын, Тебя, Кто в Сыне,
Во Имя Сына прошу я ныне
И зажигаю пред Тобой
Мою свечу.
Господь. Отец. Спаси, укрой -
Кого хочу.

Тобою дух мой воскресает.
Я не о всех прошу, о Боже,
Но лишь о том,
Кто предо мною погибает,
Чье мне спасение дороже,-
О нем,- одном.

Прими, Господь, мое хотенье!
О, жги меня, как я - свечу,
Но ниспошли освобожденье,
Твою любовь, Твое спасенье -
Кому хочу.

1901

 

ЭЛЕКТРИЧЕСТВО

Две нити вместе свиты,
Концы обнажены.
То "да" и "нет" не слиты,
Не слиты - сплетены.
Их темное сплетенье
И тесно, и мертво,
Но ждет их воскресенье,
И ждут они его.
Концов концы коснутся -
Другие "да" и "нет"
И "да" и "нет" проснутся,
Сплетенные сольются,
И смерть их будет - Свет.

1901

 

ГЛУХОТА

Часы стучат невнятные,
Нет полной тишины.
Все горести - понятные,
Все радости - скучны.

Угроза одиночества,
Свидания обет...
Не верю я в пророчества
Ни счастия, ни бед.

Не жду необычайного:
Все просто и мертво.
Ни страшного, ни тайного
Нет в жизни ничего.

Везде однообразие,
Мы - дети без Отца,
И близко безобразие
Последнего конца.

Но слабости смирения
Я душу не отдам.
Не надо искупления
Кощунственным словам!

1901

 

ДАР

Ни о чем я Тебя просить не смею,
все надобное мне - Ты знаешь сам;
но жизнь мою,- то, что имею,-
несу ныне к Твоим ногам.
Тебе Мария умыла ноги,
и Ты ее с миром отпустил;
верю, примешь и мой дар убогий,
и меня простишь, как ее простил.

1901

 

ДО ДНА

Тебя приветствую, мое поражение,
тебя и победу я люблю равно;
на дне моей гордости лежит смирение,
и радость, и боль - всегда одно.

Над водами, стихнувшими в безмятежности
вечера ясного,- все бродит туман;
в последней жестокости - есть бездонность нежности,
и в Божией правде - Божий обман.

Люблю я отчаяние мое безмерное,
нам радость в последней капле дана.
И только одно здесь я знаю верное:
надо всякую чашу пить - до дна.

1901

 

КАК ВСЕ

Не хочу, ничего не хочу,
Принимаю все так, как есть.
Изменять ничего не хочу.
Я дышу, я живу, я молчу.

Принимаю и то, чему быть.
Принимаю болезнь и смерть.
Да исполнится все, чему быть!
Не хочу ни ломать, ни творить.

И к чему оно все - Бог весть!
Но да будет все так, как есть.
Нерушимы земля и твердь.
Неизменны и жизнь, и смерть.

1901

 

КОНЕЦ

Огонь под золою дышал незаметней,
Последняя искра, дрожа, угасала,
На небе весеннем заря догорала,
И был пред тобою я все безответней,
Я слушал без слов, как любовь умирала.

Я ведал душой, навсегда покоренной,
Что слов я твоих не постигну случайных,
Как ты не поймешь моих радостей тайных,
И, чуждая вечно всему, что бездонно,
Зари в небесах не увидишь бескрайных.

Мне было не грустно, мне было не больно,
Я думал о том, как ты много хотела,
И мало свершила, и мало посмела;
Я думал о том, как в душе моей вольно,
О том, что заря в небесах - догорела...

1901

 

КРОВЬ

Я призываю Любовь,
Я открываю Ей сердце.
Алая, алая кровь,
Тихое, тихое сердце.

Руку мою приготовь,
Верой овей мое сердце.
Алая, алая кровь,
Тихое, тихое сердце.

Тайному не прекословь.
В Тайне теперь мое сердце.
Алая, алая кровь,
Тихое, тихое сердце.

Путь наш единый, Любовь!
Слей нас в единое сердце!
Алая, алая кровь,
Вещее, вещее сердце...

1901

 

МЕРТВАЯ ЗАРЯ

Пусть загорается денница,
В душе погибшей — смерти мгла.
Душа, как раненая птица,
Рвалась взлететь — но не могла.

И клонит долу грех великий,
И тяжесть мне не по плечам.
И кто-то жадный, темноликий,
Ко мне приходит по ночам.

И вот — за кровь плачу я кровью.
Друзья! Вы мне не помогли
В тот час, когда спасти любовью
Вы сердце слабое могли.

О, я вины не налагаю:
Я в ваши верую пути,
Но гаснет дух... И ныне — знаю —
Мне с вами вместе не идти.

1901

 

ДВА СОНЕТА

Л. С. Баксту

I. Спасение

Мы судим, говорим порою так прекрасно,
И мнится - силы нам великие даны.
Мы проповедуем, собой упоены,
И всех зовем к себе решительно и властно.
Увы нам: мы идем дорогою опасной.
Пред скорбию чужой молчать обречены,-
Мы так беспомощны, так жалки и смешны,
Когда помочь другим пытаемся напрасно.

Утешит в горести, поможет только тот,
Кто радостен и прост и верит неизменно,
Что жизнь - веселие, что все - благословенно;
Кто любит без тоски и как дитя живет.
Пред силой истинной склоняюсь я смиренно;
Не мы спасаем мир: любовь его спасет.

 

II. Нить

Через тропинку в лес, в уютности приветной,
Весельем солнечным и тенью облита,
Нить паутинная, упруга и чиста,
Повисла в небесах; и дрожью незаметной
Колеблет ветер нить, порвать пытаясь тщетно;
Она крепка, тонка, прозрачна и проста.
Разрезана небес живая пустота
Сверкающей чертой - струною многоцветной.

Одно неясное привыкли мы ценить.
В запутанных узлах, с какой-то страстью ложной,
Мы ищем тонкости, не веря, что возможно
Величье с простотой в душе соединить.
Но жалко, мертвенно и грубо все, что сложно;
А тонкая душа - проста, как эта нить.

1901

 

ПРЕДЕЛ

Д.В.Философову

Сердце исполнено счастьем желанья,
Счастьем возможности и ожиданья,-
Но и трепещет оно и боится,
Что ожидание - может свершиться...
Полностью жизни принять мы не смеем,
Тяжести счастья поднять не умеем,
Звуков хотим,- но созвучий боимся,
Праздным желаньем пределов томимся,
Вечно их любим, вечно страдая,-
И умираем, не достигая...

1901

 

НЕ ЗНАЮ

Мое одиночество - бездонное, безгранное;
но такое душное; такое тесное;
приползло ко мне чудовище; ласковое, странное,
мне в глаза глядит и что-то думает - неизвестное.

Все зовет меня куда-то и сулит спасение - неизвестное;
и душа во мне горит... ему принадлежу отныне я;
все зовет меня и обещает радость и мученье крестное,
и свободу от любви и от уныния.

Но как отречься от любви и от уныния?
Еще надеждою душа моя окована.
Уйти не смею я... И для меня есть скиния,-
но я не знаю, где она мне уготована.

1901

 

НЕСКОРБНОМУ УЧИТЕЛЮ

Иисус, в одежде белой,
Прости печаль мою!
Тебе я дух несмелый
И тяжесть отдаю.

Иисус, детей надежда!
Прости, что я скорблю!
Темна моя одежда,
Но я Тебя люблю.

1901

 

СМИРЕННОСТЬ

Учитель жизни всех нас любит
И дал нам силы - по судьбе.
Смиренномудрие нас губит
И страсть к себе.

Глаза и лица закрываем,
Бежим от узкого пути...
Зачем мы лжем? Мы знаем, знаем,
Куда идти!

1901

 

СТРАХ И СМЕРТЬ

Я в себе, от себя, не боюсь ничего,
Ни забвенья, ни страсти.
Не боюсь ни унынья, ни она моего -
Ибо все в моей власти.

Не боюсь ничего и в других, от других;
К ним нейду за наградой;
Ибо в людях люблю не себя... И от них
Ничего мне не надо.

И за правду мою не боюсь никогда,
Ибо Верю в хотенье.
И греха не боюсь, ни обид, ни труда...
Для греха - есть прощенье.

Лишь одно, перед чем я навеки без сил -
Страх последней разлуки.
Я услышу холодное веянье крыл...
Я не вынесу муки.

О Господь мой и Бог! Пожалей, успокой,
Мы так слабы и наги!
Дай мне сил перед Ней, чистоты пред Тобой
И пред жизнью - отваги...

1901

 

ТИХОЕ ПЛАМЯ

Я сам найду мою отраду.
Здесь все мое, здесь только я.
Затеплю тихую лампаду,
Люблю ее. Она моя.

Как пламя робкое мне мило!
Не ослепляет и не жжет.
Зачем мне грубое светило
Недосягаемых высот?

. . . . . . .

Увы! Заря меня тревожит
Сквозь, шелк содвинутых завес,
Огонь трепещущий не может
Бороться с пламенем небес.

Лампада робкая бледнеет...
Вот первый луч — вот алый меч...
И плачет сердце... Не умеет
Огня лампадного сберечь!

1901

 

ХРИСТИАНИН

По Ефр. Сирину

Все прах и тлен, все гниль и грех,
Позор - любовь, безумство - смех,
Повсюду мрак, повсюду смрад,
И проклят мир, и проклят брат.

Хочу оков, хочу цепей...
Идите прочь с моих путей!
К Нему - мой вздох, к Нему - мой стон,
В затвор иду - в затворе Он!

1901

 

ШВЕЯ

Уж третий день ни с кем не говорю...
А мысли - жадные и злые.
Болит спина; куда ни посмотрю -
Повсюду пятна голубые.

Церковный колокол гудел; умолк;
Я все наедине с собою.
Скрипит и гнется жарко-алый шелк
Под неумелою иглою.

На всех явлениях лежит печать.
Одно с другим как будто слито.
Приняв одно - стараюсь угадать
За ним другое,- то, что скрыто.

И этот шелк мне кажется - Огнем.
И вот уж не огнем - а Кровью.
А кровь - лишь знак того, что мы зовем
На бедном языке - Любовью.

Любовь - лишь звук... Но в этот поздний час
Того, что дальше,- не открою.
Нет, не огонь, не кровь... а лишь атлас
Скрипит под робкою иглою.

1901

 

ХРИСТУ

Мы не жили - и умираем
Среди тьмы.
Ты вернешься... Но как узнаем
Тебя - мы?

Все дрожим и себя стыдимся,
Тяжел мрак.
Мы молчаний Твоих боимся...
О, дай знак!

Если нет на земле надежды -
То все прах.
Дай коснуться Твоей одежды,
Забыть страх.

Ты во дни, когда был меж нами,
Сказал Сам:
'Не оставлю вас сиротами,
Приду к вам'.

Нет Тебя. Душа не готова,
Не бил час.
Но мы верим,— Ты будешь снова
Среди нас.

1901

 

'Я' (ОТ ЧУЖОГО ИМЕНИ)

Я Богом оскорблен навек.
За это я в Него не верю.
Я самый жалкий человек,
Я перед всеми лицемерю.

Во мне - ко мне - больная страсть:
В себя гляжу, сужу, да мерю...
О, если б сила! Если б - власть!
Но я, любя, в себя не верю.

И все дрожу, и всех боюсь,
Глаза людей меня пугают...
Я не даюсь, я сторонюсь,
Они меня не угадают.

А все ж уйти я не могу;
С людьми мечтаю, негодую...
Стараясь скрыть от них, что лгу,
О правде Божией - толкую,-

И так веду мою игру,
Хоть притворяться надоело...
Есмь только - я... И я - умру!
До правды мне какое дело?

Но не уйду; я слишком слаб;
В лучах любви чужой я греюсь;
Людей и лжи я вечный раб
И на свободу не надеюсь.

Порой хочу и всех проклясть -
И лишь несмело обижаю...
Во мне - ко мне - больная страсть.
Люблю себя - и презираю.

1901

 

О ВЕРЕ

А. Карташеву

Великий грех желать возврата
Неясной веры детских дней.
Нам не страшна ее утрата,
Не жаль пройденных ступеней.

Мечтать ли нам о повтореньях?
Иной мы жаждем высоты.
Для нас - в слияньях и сплетеньях
Есть откровенья простоты.

Отдайся новым созерцаньям,
О том, что было - не грусти,
И к вере истинной - со знаньем -
Ищи бесстрашного пути.

1902

 

БОГИНЯ

Что мне делать с тайной лунной?
С тайной неба бледно-синей,
С этой музыкой бесструнной,
Со сверкающей пустыней?
Я гляжу в нее - мне мало,
Я люблю - мне не довольно...
Лунный луч язвит, как жало,-
Остро, холодно и больно.
Я в лучах блестяще-властных
Умираю от бессилья...

Ах, когда б из нитей ясных
Мог соткать я крылья, крылья!
О, Астарта! Я прославлю
Власть твою без лицемерья,
Дай мне крылья! Я расправлю
Их сияющие перья,
В сине-пламенное море
Кинусь в жадном изумленьи,
Задохнусь в его просторе,
Утону в его забвеньи...

1902

 

БОЖЬЯ ТВАРЬ

За Дьявола Тебя молю,
Господь! И он - Твое созданье.
Я Дьявола за то люблю,
Что вижу в нем - мое страданье.

Борясь и мучаясь, он сеть
Свою заботливо сплетает...
И не могу я не жалеть
Того, кто, как и я,- страдает.

Когда восстанет наша плоть
В Твоем суде, для воздаянья,
О, отпусти ему, Господь,
Его безумство - за страданье.

1902

 

ВМЕСТЕ

Я чту Высокого,
Его завет.
Для одинокого -
Победы нет.
Но путь единственный
Душе открыт,
И зов таинственный,
Как клич воинственный,
Звучит, звучит...
Господь прозрение
Нам ныне дал;
Для достижения -
Дорогу тесную,
Пусть дерзновенную,
Но неизменную,
Одну,- совместную -
Он указал.

1902

 

ЗЕМЛЯ

Минута бессилья...
Минута раздумия...
И сломлены крылья
Святого безумия.

Стою над могилой,
Где спит дерзновение...
О, все это было -
Веселье, волнение,

И радость во взоре
Молитвенно-чистая,
Весенние зори,
Сирень восьмилистая...

Ужель это было?
Какое обманное!
Стою над могилой
С надеждою странною...

Под пылью и прахом
Ищу я движения,
С молитвой, со страхом
Я жду - воскресения...

Но ждать все страшнее...
Стою без защиты я...
Смеется, чернея, .
Могила открытая;

Я требую чуда
Душою всесильною...
Но веет оттуда -
Землею могильною...

1902

 

ИСТИНА ИЛИ СЧАСТЬЕ?

В. К.

Вам страшно за меня - а мне за вас.
Но разный страх мы разумеем.
Пусть схожие мечтания у нас,-
Мы разной жалостью жалеем.

Вам жаль 'по-человечески' меня.
Так зол и тяжек путь исканий!
И мне дороги тихой, без огня
Желали б вы, боясь страданий.

Но вас - 'по-Божьему' жалею я.
Кого люблю - люблю для Бога.
И будет тем светлей душа моя,
Чем ваша огненней дорога.

Я тихой пристани для вас боюсь,
Уединенья знаю власть я;
И не о счастии для вас молюсь -
О том молюсь, что выше счастья.

1902

 

КОСТЕР

Живые взоры я встречаю...
Огня, огня! Костер готов.
Я к ближним руки простираю,
Я жду движенья, знака, слов...

С какою радостною мукой
В очах людей ловлю я свет!
Но говорю... и дышит скукой
Их утомительный ответ.

Я отступаю, безоружный,
И длю я праздный разговор,
И лью я воду на ненужный,
На мой безогненный костер.

О, как понять, что это значит?
Кого осудим - их? меня?
Душа обманутая плачет...
Костер готов - и нет огня.

1902

 

ЛУГОВЫЕ ЛЮТИКИ

А. М-ву

Мы - то же цветенье
Средь луга цветного,
Мы - то же растенье,
Но роста иного.
Нас выгнало выше,
А братья отстали.
Росли ль они тише?
Друг к другу припали,
Так ровно и цепко,
Головка с головкой...
Стоят они крепко,
Стоять им так ловко...
Ковер все плотнее,
Весь низкий, весь ниже...
Нам - небо виднее,
И солнце нам ближе,
Ручей нам и звонок,
И песнь его громче,-
Но стебель наш тонок,
Мы ломче, мы ломче...

1902

 

ЛУНА И ТУМАН

Озеро дышит теплым туманом.
Он мутен и нежен, как сладкий обман.
Борется небо с земным обманом:
Луна, весь до дна, прорезает туман.

Я, как и люди, дышу туманом.
Мне близок, мне сладок уютный обман.
Только душа не живет обманом:
Она, как луна, проницает туман.

1902

 

МЕРЕЖИ

Мы долго думали, что сети
Сплетает Дьявол с простотой,
Чтоб нас поймать, как ловят дети
В силки беспечных птиц, весной.

Но нет. Опутывать сетями -
Ему не нужно никого.
Он тянет сети - между нами,
В весельи сердца своего.

Сквозь эту мглу, сквозь эту сетку,
Друг друга видим мы едва.
Чуть слышен голос через клетку,
Обезображены слова.

Шалун во образе змеином
Пути друг к другу нам пресек.
И в одиночестве зверином
Живет отныне человек.

1902

 

МУЧЕНИЦА

Кровью и огнем меня покрыли,
Будут жечь, и резать, и колоть,
Уголь алый к сердцу положили,
И горит моя живая плоть.

Если смерть - светло я умираю,
Если гибель - я светло сгорю.
И мучителей моих я - не прощаю,
Но за муку - их благодарю.

Ибо радость из-под муки рвется,
И надеждой кажется мне кровь.
Пусть она за эту радость льется,
За Того, к кому моя любовь.

1902

 

НАГИЕ МЫСЛИ

Темные мысли - серые птицы...
Мысль одинокая нас не живит:
Смех ли ребенка, луч ли денницы,
Струн ли дрожание - сердце молчит.

Не оясняют, но отдаляют
Мысли немые желанный ответ.
Ожесточают и угашают
Нашей природы божественный свет.

Тяжкие мысли - мысли сухие,
Мысли без воли - нецарственный путь.
Знаю свои и чужие грехи я,
Знаю, где можно от них отдохнуть.

Мы соберемся в скорби священной,
В дыме курений, при пламени свеч,
Чтобы смиренно и дерзновенно
В новую плоть наши мысли облечь.

Мы соберемся, чтобы хотеньем
В силу бессилие преобразить,
Веру - со знанием, мысль - с откровеньем,
Разум - с любовию соединить.

1902

 

ОГРАДА

В пути мои погасли очи.
Давно иду, давно молчу.
Вот, на заре последней ночи
Я в дверь последнюю стучу.
Но там, за стрельчатой оградой -
Молчанье, мрак и тишина.
Мне достучаться надо, надо,
Мне надо отдыха и сна...
Ужель за подвиг нет награды?
Я чашу пил мою до дна...
Но там, за стрелами ограды -
Молчанье, мрак и тишина.

Стучу, кричу: нас было трое,
И вот я ныне одинок.
Те двое - выбрали иное,
Я их молил, но что я мог?
О, если б и они желали,
Как я - любили... мы теперь
Все трое вместе бы стучали
Последней ночью в эту дверь.
Какою было бы отрадой
Их умолить... но все враги.
И вновь стучу. И за оградой
Вот чьи-то тихие шаги.
Но между ним и мной - ограда.
Я слышу только шелест крыл
И голос,- легкий, как прохлада.
Он говорит: 'А ты - любил?
Вас было трое. Трех мы знаем,
Троим - вам быть здесь суждено.
Мы эти двери открываем
Лишь тем, кто вместе - и одно.
Ты шел за вечною усладой,
Пришел один, спасал себя...
Но будет вечно за оградой,
Кто к ней приходит - не любя'.

И не открылись двери сада;
Ни оправданья, ни венца;
Темна высокая ограда...
Мне достучаться надо, надо,
Молюсь, стучу, зову Отца -
Но нет любви,- темна ограда,
Но нет любви,- и нет Конца.

1902

 

ПРЕДСМЕРТНАЯ ИСПОВЕДЬ ХРИСТИАНИНА

А.-К.

Подолгу бремя жизни нес
Я, долгу мрачному послушен.
Мне мир казался миром слез,
И к смерти был я равнодушен.

Несправедливостью судеб
Я огорчался в час раздумий,
Но зарабатывал мой хлеб
Без возмущений и безумий.

Не ненавидел никого
И не любил я через меру.
В конец, блаженный для всего,
Хранил заботливую веру.

Всегда скромны мои мечты,-
Мечтал о том лишь, что возможно...
И от соблазнов красоты
Я удалялся осторожно.

Я тихо жил - умру легко;
Был ни веселым, ни унылым;
Не заносился высоко
И брал лишь то, что мне по силам.

Я, раб Господень (имярек),
Кончиной близкою утешен.
Я очень скромный человек;
Господь простит мне, в чем и грешен.

1902

 

ПЬЯВКИ

Там, где заводь тихая, где молчит река,
Липнут пьявки черные к корню тростника.

В страшный час прозрения, на закате дней,
Вижу пьявок, липнущих и к душе моей.

Но душа усталая мертвенно тиха.
Пьявки, пьявки черные жадного греха!

1902

 

СНЫ

Все дождик да дождик... Все так же качается
Под мокрым балконом верхушка сосны...
О, дни мои мертвые! Ночь надвигается -
И я оживаю. И жизнь моя - сны.

И вплоть до зари, пробуждения вестницы,-
Я в мире свершений. Я радостно сплю.
Вот узкие окна... И белые лестницы...
И все, кто мне дорог... И все, что люблю.

Притихшие дети, веселые странники,
И те, кто боялся, что сил не дано...
Все ныне со мною, все ныне избранники,
Одною любовью мы слиты в одно.

Какие тяжелые волны курения,
Какие цветы небывалой весны,
Какие молитвы, какие служения...
..............................
Какие живые, великие сны!

1902

 

СООБЩНИКИ

В. Брюсову

Ты думаешь. Голгофа миновала,
При Понтии Пилате пробил час,
И жизнь уже с тех пор не повторяла
Того, что быть могло - единый раз?

Иль ты забыл? Недавно мы с тобою
По площади бежали второпях,
К судилищу, где двое пред толпою
Стояли на высоких ступенях.

И спрашивал один, и сомневался,
Другой молчал,- как и в былые дни.
Ты все вперед, к ступеням порывался...
Кричали мы: распни Его, распни!

Шел в гору Он - ты помнишь?- без сандалий...
И ждал Его народ из ближних мест.
С Молчавшего мы там одежды сняли
И на веревках подняли на крест.

Ты, помню, был на лестнице, направо...
К ладони узкой я приставил гвоздь.
Ты стукнул, молотком по шляпке ржавой,-
И вникло острие, не тронув кость.

Мы о хитоне спорили с тобою,
В сторонке сидя, у костра, вдвоем...
Не на тебя ль попала кровь с водою,
Когда ударил я Его копьем?

И не с тобою ли у двери гроба
Мы тело сторожили по ночам?
. . . . . . . . .
Вчера, и завтра, и до века, оба -
Мы повторяем казнь - Ему и нам.

1902

 

СОСНЫ

Желанья все безмернее,
Все мысли об одном.
Окно мое вечернее,
И сосны под окном.

Стволы у них багровые,
Колюч угрюмый сад.
Суровые, сосновые
Стволы скрипят, скрипят.

Безмернее хотения,
Мечтания острей -
Но это боль сомнения
У запертых дверей.

А сосны все качаются
И все шумят, шумят,
Как будто насмехаются,
Как будто говорят:

'Бескрылые, бессильные,
Унылые мечты.
Взгляни: мы тоже пыльные,
Сухие, как и ты.

Качаемся, беспечные,
Нет лета, нет зимы...
Мы мертвые, мы вечные,
Твоя душа - и мы.

Твоя душа, в мятежности,
Свершений не дала.
Твоя душа без нежности,
А сердце - как игла'.

Не слушаю, не слушаю,
Проклятье, иглы, вам!
И злому равнодушию
Себя я не предам,

Любви хочу и веры я...
Но спит душа моя.
Смеются сосны серые,
Колючие - как я.

1902

 

СТАРИКОВЫ РЕЧИ

Иль дует от оконницы?
Я кутаюсь, я зябну у огня...
Ломоты да бессонницы
Измучили, ослабили меня.

Гляжу на уголь тлеющий,
На жалобный, на пепельный налет,
И в памяти слабеющей
Все прошлое, вся жизнь моя встает.

Грехи да заблуждения...
Но буду ли их ныне вспоминать?
Великого учения
Премудрую постиг я благодать.

Погибель и несчастие -
Лишь в суетной покорности страстям.
Явил Господь бесстрастие,
Бесстрастие Он заповедал нам.

Любовь,- но не любовную,
Греховную, рожденную в огне,
А чистую, бескровную -
Духовную - Он посылает мне.

Изменникам - прощение,
Друзьям моим и недругам - привет...
О, вечное смирение!
О, сладостный, о, радостный завет!

Все плоть моя послушнее...
Распаяно последнее звено.
Чем сердце равнодушнее -
Тем Господу угоднее оно.

Гляжу в очаг, на тление...
От тления лишь дух освобожден.
Какое умиление!
В нечестии весь мир,- а я спасен!

1902

 

СТРАНЫ УНЫНИЯ

Минуты уныния...
Минуты забвения...
И мнится - в пустыне я...
Сгибаю колени я,
Молюсь - но не молится
Душа несогретая,
Стучу - не отворится,
Зову - без ответа я...
Душа словно тиною
Окутана вязкою,
И страх, со змеиною
Колючею ласкою,
Мне в сердце впивается,
И проклят отныне я...
Но нет дерзновения.
Кольцо замыкается...
О, страны забвения!
О, страны уныния!

1902

 

ЦЕПЬ

Один иду, иду чрез площадь снежную,
Во мглу вечернюю, легко-туманную,
И думу думаю, одну, мятежную,
Всегда безумную, всегда желанную.

Колокола молчат, молчат соборные,
И цепь оградная во мгле недвижнее.
А мимо цепи, вдаль, как тени черные,
Как привидения,- проходят ближние.

Идут - красивые, и безобразные,
Идут веселые, идут печальные;
Такие схожие - такие разные,
Такие близкие, такие дальные...

Где ненавистные - и где любимые?
Пути не те же ли всем уготованы?
Как звенья черные,- неразделимые,
Мы в цепь единую навеки скованы.

1902

 

ЧТО ЕСТЬ ГРЕХ?

Гpex - маломыслие и малодеянье,
Самонелюбие - самовлюбленность,
И равнодушное саморассеянье,
И успокоенная упоенность.

Грех - легкочувствие и легкодумие,
Полупроказливость - полуволненье.
Благоразумное полубезумие,
Полувнимание - полузабвенье.

Грех - жить без дерзости и без мечтания,
Не признаваемым - и не гонимым.
Не знать ни ужаса, ни упования
И быть приемлемым, но не любимым.

К стыду и гордости - равнопрезрение...
Всему покорственный привет без битвы...
Тяжеле всех грехов - Богоубьение,
Жизнь без проклятия - и без молитвы.

1902

Block title

Поиск

Произведения

Статьи


Snegirev Corp © 2019
Яндекс.Метрика