Главная
 
Библиотека поэзии СнегиреваПятница, 06.12.2019, 23:10



Приветствую Вас Гость | RSS
Главная
Авторы

 

Юргис Балтрушайтис

 

  Стихи разных лет

            Часть 1

 
 
 
1-Е МАРТА

Дрогнул и грянул безбрежно,
Землю сзывая на вече,
Колокол силы живой,—
Будут от вести мятежной
Сталью невольничьи плечи,
Скованный дух — тетивой!

Вот оне, грозные стрелы,
Реют и ранят смертельно,
Молния — красный их след!
В каждой груди оскуделой
Всходит заря беспредельно,
Вечное солнце и цвет...

Пепел проклятья на старом:
Горькая быль — на погосте,
Темное время — в гробу!
Славьте новь жизни! И с жаром
Славьте бессмертные кости
Павших за зов на борьбу!

 
 
 
А GAJA SCIENZA

I

Живую душу всюду ждет
И яркий миг, и светлый год,
И пламя радостных забот...

Хотя б кругом дышал самум,
Везде найдет свободный ум
Живой источник вещих дум...

Есть искра света в каждой тьме,—
Есть миг свободы и в тюрьме,—
Есть клад и в нищенской суме,—

И много в недрах бездн ночных
Зарниц, мгновений огневых,
Но их сверканье — для живых...

 
 
II

В игре мгновений, в смене лет
Безмерна мощь луча,
Нам жизнь во всем, где вспыхнул свет,
Правдиво горяча,
Нам луч везде поет привет,
Ликующе звуча...

Он вечно падает с небес,
Как весть о знойном дне,
О том, что в мире час чудес
Заискрится вдвойне,
Что к часу жатвы должный вес
Утроится в зерне,—

Он в мире радостно горит
Идущим вдаль — искать,
Он всякий сумрак озарит,
Нам нужно лишь алкать,—
Он даже в сером камне скрыт,
Лишь нужно высекать...
___________________

А gaja scienza
Веселая наука (ит.).

 
 
 
АLEA JACTA EST

Вещей полночной порой,
Алчное сердце, раскрой,
Книгу Времен и Мест —
Alea jacta est!

Чу! Океан бытия!
Быль не пристань моя!
Трепетный парус вскинь —
В море, в смятенье! Аминь!

Вот она, древняя дверь
В царство утех, потерь —
Сирый, в вещей ночи
В дверь роковую стучи!

Перешагни порог
В дали земных дорог,
Где и впредь, как досель,
Будет цвет и метель...

В тяжбе с собой, с людьми,
Темное сердце, прими
Миг ликованья и крест —
Alea jacfa est!
___________________________

Аlеa jаcta est
Жребий брошен (лат.) Слова приписываемые
Каю Юлию Цезарю при переправе через реку
Рубикон в гражданской войне 49г. до н.э.

 
 
 
AVE, CRUX

Брось свой кров, очаг свой малый,
Сон в тоскующей груди,
И громады скал на скалы
В высь немую громозди...

Божий мир еще не создан,
Недостроен божий храм,—
Только серый камень роздан,
Только мощь дана рукам.

Роя путь к твердыне горной,
Рви гранит, равняй холмы,—
Озари свой мрак упорный
Искрой, вырванной из тьмы...

Пусть взлелеет сны живые
Отблеск творческой мечты,
И чрез бездны роковые
Перекинутся мосты...

Лишь свершая долг суровый,
В миры лени, праздной лжи,
Ты расширишь гранью новой
Вековые рубежи...

Лишь предав свой дух терпенью,
Им оправдан и спасен,
Будешь малою ступенью
В темной лестнице времен...

Примечания
Ave, crux! — Славься, крест.

 
 
 
AVE, STELLA MARIS

Дымно тает берег плоский...
Весел Кормчий у руля...
Еле видимой полоской
Обозначилась земля...

Вся клокочет ширь морская...
Я — один над синей тьмой...
Вихри пены ввысь взрывая,
Воет бездна над кормой...

Крепче, буря, парус белый
В час венчальный напряги,
Чтоб во славу воли смелой
Разомкнулись все круги!

Шумно, в беге бесконечном,
За волной встает волна...
Я один в их споре вечном —
И покой и тишина...

Без тревоги, без печали
Бродит в сердце новый хмель,
И светло мне снятся дали
Неизведанных земель...

Примечания
Ave, stella maris — Славься, звезда морская.

 
 
 
BEATI POSSIDENTES

Блажен, чей день лазурным кругом
Облек поля, венчал простор...
Блажен, чей путь проходит лугом,
Где пестрый цвет встречает взор...

Блажен, кто, жизнью ослепленный,
Весь предан мигу, с мигом слит,
По краю пропасти бездонной
Без дум и ужаса скользит...

Блажен, в ком слиты воедино
Случайность жизни и судьба,
Кто с гордым сердцем господина
Свершает горький труд раба...

Блажен, кто, жребий вверив зною,
Избранник Солнца, гаснет с ним,—
Блажен, кто силой неземною
От смертной горечи храним...

* Счастливы имущие (лат.).

 
 
 
СOME LE ONDE

Цветет восторг, как вал. Как вал,
Уходит прочь...
И все, что к звону день призвал,
Заглохнет в ночь...

Приходит боль, как снег. Как снег,
Растает вновь...
Недолго дней весенних бег
Объемлет кровь...

И свет и цвет — на миг. На миг —
Игра всех смен...
И все, что смертный пыл воздвиг —
Зола и тлен...

Вся явь, вся дрожь — волна. Волна —
Весь труд людской...
И жнет земные семена
Покой, покой!

 
 
 
DEO IGNOTO

Памяти Н.Л. Тарасова

Жертву живую
Ведут к алтарю...
В сумрачном храме
Не я ли горю!

Грозно мелькает
Сквозь жертвенный дым
Древняя жрица
Со взглядом седым...

Тянется к жертве
Костлявой рукой —
Горестный камень
Ждет крови людской!

Мечется пламя
И блещет, дрожа,
Алым пыланьем
На стали ножа...

В храме пустынном
Безмолвен и строг,
Каменноликий,
Неведомый Бог...

Зарево Смерти
Над зыбким огнем
Красной улыбкой
Пылает на Нем...

Жребий свершился,
И глухо легла,
Жизнь замыкая,
Великая мгла...

Смерклось, и в храме
Таинственно пуст
Жертвенный кубок
У каменных уст!
___________________

Deo ignoto
Неведомому Богу (лат.).

 
 
 
MARCIA EROICA

Tuba mirum spargens sonum
Per sepulchra regionum.
Памяти Н. Л. Тарасова

В снежной пустыне, при бледной луне,
Мечется Витязь на белом коне...
Скачет с угрюмым Своим трубачом,
Машет в пустыню тяжелым мечом...

Глухо и скорбно серебряный рог,
В мертвом безмолвии белых дорог,
Будит полуночный дремлющий мир,
Сирых и скорбных зовет на турнир...

Дико и сумрачно конь Его ржет,
С дрожью таинственной клич узнает,
Рвется, трепещет, встает на дыбы,
Ждет не дождется разгула борьбы...

Глухо ответствуя, льется в простор
Пение труб, повторяющих сбор...
Искрится, зыблется лунная мгла,
Дрогнула полночь, вся ночь ожила...

В снежной пустыне, средь лунных огней,
Белые всадники гонят коней...
Слышится с запада посвист лихой...
Близится с севера топот глухой...

Мчатся-сдвигаются с пеньем рогов,
В скорбном побоище вихри врагов...
Снежным туманом дымятся поля,..
Белым пожаром объята земля!

Только темнеет луна в небесах,
Только взрывает серебряный прах,
Грозно сойдясь — лезвием к лезвию —
Белая Конница в белом бою...

 
 
 
NOCTURNE

Час полночный... Миг неясный...
Звездный сумрак... — Тишина...
Слабых крыльев взмах напрасный,
Мысль — как колос без зерна!

Весь свой век, как раб угрюмый
В опустелом руднике,
Пролагаю ходы, трюмы
С тяжким молотом в руке...

Много в мире нас стучало,
Вскинув горестный топор, —
Мы не знаем, где начало
В лабиринте наших нор...

Все-то знанье — что от века
Миллионы слабых рук,
Точно сердце человека,
Повторяли тот же стук...

Весь удел в тюрьме гранитной,
В сером храме древних скал: —
Чтобы молот стенобитный
Одиноко упадал...

Дни идут — пройдут их сотни —
Подземелью края нет...
Только смерть — наш День Субботний,
Бледность искры — весь наш свет!

1907

 
 
 
NOLI TANGERE CIRCULOS MEOS

Слышу, слышу гул нестройный!
Меркнет божья синева...
Стонут-воют беспокойно
Роковые жернова...

Шум борьбы глухой и тщетной,
Отложи свой горький зов,—
Дай дослушать в час рассветный
Вещий звон колоколов!

Пыль великая, земная,
Не взрывайся близ меня,—
Дай мне ярче, в утро мая,
Осениться светом дня...

Ропот грозный, стон полдневный,
Нескончаемый,— будь тих!
Не смущай тревогой гневной
Мира тайных снов моих!

Тише, тише, вихрь вечерний,—
Милосердие — лучу!
Я несу в обитель терний,
В дом свой, вербную свечу...
__________________________

Noli tangere circulos meos
Не касайся моих чертежей (лат.). –
слова, приписываемые Архимеду, обращенные
к римскому солдату, ворвавшемуся в дом.

 
 
 
PRLRGRINAGGIO ALLA MADONNA DEI MONTI

Немая грусть все беспредельней,
Загадочней тоска в мольбе —
В моей душе, в твоей часовне,
Где все молитвы — о тебе...

И с бегом часа все бескровней
Живая жажда полноты —
В моей душе, в твоей часовне,
Где в снах и думах — только ты...

_______________________________

Pelegrinaggio alla madonna dei monti
Паломничество к Мадонне деи Монти (ит.).

 
 
 
SILENZIO

Молчанье! Забвенье без срока...
Свой жребий, пустынник, мечи...
Пусть зыблется жизнь одиноко,
Как пламя ночное свечи...

Безмолвие грани последней
Мой дух просветленный зовет...
И глухо на башне соседней
Пустынное время поет...

Ни страха, ни ропота в бое
Вещающих утро часов...
Лишь молится сердце живое
Восходу светающих снов...

Молчание! С гордым упорством,
Пустынник, таи свой простор...
Пусть люди о хлебе их черством
Ведут нескончаемый спор...

Всем жаром души своевольной
Будь предан иному труду,—
Ты слишком упорно и больно
Метался в бесплодном бреду!

 
 
 
TAEDIUM VITAE

Все тот же холм... Все тот же замок с башней...
Кругом все тот же узкий кругозор...
Изгиб тропы мучительно-всегдашней...
Пустынный сон бестрепетных озер...
И свет, и тень, без смены и движенья,
В час утра - здесь, в истомный полдень - там,
Все сковано в томительные звенья,
С тупой зевотой дремлет по местам...
Лесной ручей, скользя, дробясь о скалы,
Журчит докучно целый божий день...
Изведан в часе каждый вздох усталый,
Знакома в жизни каждая ступень!
И каждый день, свершив свой круг урочный,
Вверяет сердце долгой тишине,
Где только дрогнет колокол полночный,
Да прокричит сова наедине...
И что ни ночь, в тоске однообразной -
Все та же боль медлительных часов,
Где только шорох, смутный и бессвязный,
Меняет глубь одних и тех же снов...
И скорбно каждый в сердце маловерном,
Следя за часом, жаждет перемен,
Но льется день в своем движеньи мерном,
Чтоб обнажить зубцы все тех же стен...
И вновь, тоскливо, с четкостью вчерашней,
Невдалеке, пустынный видит взор
Все тот же холм, все тот же замок с башней,
Один и тот же узкий кругозор...

 
 
 
VALSE TRISTE

Под сонное пенье фагота
Усталые пары скользят...
И холод, и боль, и забота
В блуждающих взглядах сквозят...

Плывут-чередуются пары,
Испанец, венгерец и лях,
И юноша томный, и старый
Усач, поседелый в боях...

Своею игрой бесконечной
Суровая прихоть сплела
Рассеянность доли беспечной
И скорбную бледность чела...

Мелькает-скользит вереница
Гонимых на пир пустоты —
Борьбой искаженные лица,
Клейменные жизнью черты...

И длится веселье без срока
В чертогах, не знающих сна,
Где в сумрачный час одиноко,
Срывалась, рыдает струна,—

Где, гостья из далей бездонных,
Колеблется ночь по углам
И светится в нишах оконных
Крестами белеющих рам...
_______________

Valse triste
Грустный вальс

 
 
 
VILLA LA TOUR

Люблю я этот домик с садом,
С оградой и крыльцом, откуда
Дивлюсь я на дневное чудо,
Раскрытое так щедро рядом...

Долина, холм, а там за ними
Опять сады по горным склонам,
Крест дальней церкви в тонком дыме
И плечи гор в плаще зеленом...

Но в узкой и глухой аллее,
Вот здесь, вблизи благого крова,
Стократ мне ближе и милее
Зеленый конус стройной ели,
Напоминанье о метели,
Пришлец с приветствием былого...

Но жребий дал мне эти ставни,
Как дал калитки скрип железный,
Чтоб позабыть тот мир недавний
И душу отделить от бездны...

Так! Крепче доброе забрало,
Чтоб сердце вдруг не опознало
И не изведало той сути,
Что дышит вечностью в минуте.

 
 
 
АККОРДЫ

1.

В даль из перламутра
Кинув трепет звона,
Развевает утро
Синие знамена...

У рассветной двери,
В песне о просторе,
Славлю в равной мере
Капельку и море...

Вспыхнул полдень яркий
Красными кострами...
Сердце — трепет жаркий!
Дух мой — пламя в храме!

Серым покрывалом
Вечер пал на землю...
С дрожью в сердце малом
Жребий тьмы приемлю...

Труден путь над бездной
К неземному краю...
К вечной тайне звездной
Руки простираю!

 
 
2.

Одиноко пробегает
В поле пыльная тропа,—
Грузно землю попирает
Утомленная стопа...

Под холодным серым небом
Только вспаханы холмы,
Кто ж навстречу выйдет с хлебом
Для скитальческой сумы?!

Поле... поле... Мир просторен!
Всюду пашни в стороне,—
Много Пахарь бросил зерен,
Много ль будет на гумне?!

Ждут посевы всхода, роста...
Скоро ль грянет летний гул?—
С отдаленного погоста
Наклоненный крест мелькнул...

Извиваясь одиноко,
Там кончается тропа,—
Кто же там почил до срока,
Кто не дожил до снопа?!

 
 
3.

Как раздумье в сердце мирном,
В светлом море вал встает,—
О великом, о всемирном
Доле будничной поет...

Этой вестью неземною
Утоляется душа,
Точно влагою живою
Из волшебного ковша...

О, блаженство — миг от мига,
В полноте не различать,—
Звенья жизненного ига
Бесконечно размыкать!

 
 
 
АЛКАНИЕ

Нас в мире ждет великое алканье
На всех путях...
Нас всех томит угрюмое незнанье
В земных сетях...

Мы молимся о чуде утоленья
И день и ночь,—
Но горечи последнего томленья
Не превозмочь...

Придет гроза, завоет и нарушит
Земную тишь,—
По тишины, что наше сердце душит,
Не возмутишь...

 
 
 
АЛЛЕЯ

Вьется аллея
Вниз под откос,
Вся пламенея
Алостью роз...

Тишью и зноем
Парк усыплен...
Тянутся строем
Тополь и клен...

Кровь земляники...
Мшистые пни...
В полдень великий
Сладко в тени!

Шаг и — все реже
Полог лесной.
Листья все те же,
Шелест — иной...

Солнце за тучей...
Хмурится дол...
К иве плакучей
Путник пришел...

Длится аллея
Под гору, вниз,
Где, лишь чернея,
Спит кипарис...

 
 
 
АЛЬПИЙСКИЙ ПАСТУХ

По высям снегами
Увенчанных гор,
Как в радостном храме,
Блуждает мой взор...

По склонам их вечным,
С межи на межу,
С напевом беспечным
Я стадо вожу...

На светлых откосах
Все глубже мой хмель...
От неба мой посох,
От неба — свирель...

Вне смертной тревоги,
Как ясность ручья,
От Бога — о Боге —
И песня моя...

Он тайною вечной
Мой разум зажег
И зов бесконечный
Вложил в мой рожок.

И свят над горами
Звон плача его,
Как колокол в храме
Творца моего...

 
 
 
АМИНЬ

Опять, венчая круг суровый,
Зажглась вечерняя заря,
И — верный жрец — до жертвы новой
Я отхожу от алтаря.

Хвала и мир свершенной грани!
Хвала и мир пустым садам!
Живой тоске каких алканий
Мой вещий дух я вновь предам?

Повторна ночь, и свет повторен.
Неисчерпаем трепет лет...
И вся безмерность тайных зерен
Еще раскроется, как цвет...

Еще в великом зное Бога
Не все пылание зажглось,
И в далях праха много, много
Никем не вспаханных полос...

И солнце пламенным восходом
Сверкнет над новью снов и мест...
Лети, пчела, за новым медом!
Прими, невольник, новый крест!

 
 
 
БАЛЬМОНТУ

Весь мой напев — как бездны вечной ночи
Средь вечных льдов...
Он — там, где жизнь гнетет всего жесточе
Сирот и вдов...

И где судьба разит своей лавиной
Людей, как мух...
На зов же кроткой песни соловьиной
Я — нем, я — глух...

Мой дух к певучести не клонит
Весенний хмель,
Он — там, где Смерть глухие смерчи гонит,
Грозу, метель...

Он — там, rge света-счастья — искры-крохи,
Где — жизнь: терпеть,—
А про цветы, про блестки, грезы, вздохи,—
Не стану петь!

 
 
 
БЕДНАЯ СКАЗКА

Тихо пело время... В мире ночь была
Бледной лунной сказкой ласкова, светла...

В небе было много ярких мотыльков,
Быстрых, золотистых, майских огоньков...

Искрами струился месяц в водоем,
И в безмолвном парке были мы вдвоем...

Ты и я, и полночь, звездный свет и тьма
Были как созвучья вечного псалма...

И земля и небо были, как венец,
Радостно замкнувший счастье двух сердец...

Онемело время... В мире вновь легла
Поздняя ночная тишь и полумгла...

Искрились пустынно звезды в тишине,
И пустынно сердце плакало во мне...

Был, как сон могильный, скорбен сон долин,
И в заглохшем парке плелся я один.

На глухих дорогах мертвенно белел,
Пылью гробовою, бледный лунный мел...

В небе было много белых мотыльков,
Медленных, холодных, мертвых огоньков...

 
 
 
БЕЗМОЛВИЕ

Я в жизни верую в значенье
Молитв, сокрытых тишиной,
И в то, что мысль — прикосновенье
Скорбящих душ к душе родной...
Вот почему я так упорно
Из тесноты на мир просторный,
Где только пядь межи — мой дом,
Гляжу в раздумии немом...
И оттого в томленьи духа,
Благословляя каждый час,
Что есть, что вспыхнет, что погас,
Безмолвный жрец, я только глухо
Молюсь святыне Бытия,
Где мысль — кадильница моя...

 
 
 
БЕСПЕЧНОСТЬ

Мой день певуче-безмятежен,
Мой час, как облачко, плывет
И то, что вечер неизбежен,
Меня к унынью не зовет...

В лесу ли вихрь листвой играет,
Иль мчит поток волну свою,—
Все, все мой дух вооружает
Живым доверьем к бытию...

Мой путь — по божьему указу —
Светло направлен в ширь долин,
Где ясен мир, привольно глазу,
Где я с мечтой своей один...

Все выше солнце — тень короче,—
И пусть затем скудеет зной,
Еще не скоро холод ночи
Дохнет безвестной тишиной...

Когда же золотом и кровью
Заблещет вечер в небесах,
Я с тихим жаром и любовью
Благословлю дорожный прах...

И в час, когда волна дневная
Отхлынет прочь, за край земли,
Мой дух заманит тьма ночная
В глубины звездные свои...

 
 
 
БЫСТРОТЕЧНОСТЬ

Час — как легкая стрела...
Миг в нем — будто взмах крыла...
Вспыхнул свет, и снова мгла!

Ярки искры, век их мал!
Взрылся лист, что вихрь сорвал,
Покружился и — упал...

Час забвенья и беда,
Бег их, след их, череда —
Как на мельнице вода...

Хлынул вал, ударил в грудь,
Ослепил, и снова в путь,
Не успеешь зачерпнуть!

Как бы ни был сон глубок,
Оскудеет в малый срок —
Размотается клубок...

Как средь зыби бытия,
К солнцу взрытая струя,
Распадется жизнь моя!

 
 
 
В БЕЗМЕРНОСТИ

Версты и версты, мили и мили...
Трепет средь зноя, слезы от пыли,
В мире обманчивых вех —
Все же в скитаньи, начатом в силе,
Ясен и звонок мой смех!

Все же я сердцем, гордым до срока,
В пестром сияньи нивы широкой,
Верю дневному лучу
И, отгоняя тень, без упрека
Посох железный влачу...

Силясь, шагая — долго, далече —
В мире без крова, в доле без встречи,
Любо мне мерить холмы —
Пусть оттянула бедные плечи
Бедная нота сумы...

Пусть средь истомы жажды палящей
Темному сердцу снится все слаще
Близость пути к рубежу —
Все же с любовью в дым предстоящий,
В тайную даль, я гляжу...

 
 
 
В ГОРАХ

1.

Спят вечные горы... И немы
Их выси... И строен их ряд...
Лишь ярко их снежные шлемы,
Забрала и копья горят...

И молкнет в лазурном их дыме
Весь трепет долинный и гул...
И полдень, раскрытый над ними,
В их раме зубчатой уснул...

Лишь плавно, цепляясь за кручи,
Где строит свой храм тишина,
Плывут, чередуются тучи,
Как звенья их белого сна...

И в область томленья и пени,
К nopory тревоги людской
Нисходят их строгие тени,
Их светлая тишь и покой...

И в мире бессменной недоли
Я снова молюсь бытию,
И клятву безропотной боли
Безмолвным вершинам даю...

 
 
 
2.

Gloria in excelsis Deo!1

Простор! Раздолье дикое!
Безмерна глубь небес...
День — таинство великое,
День — чудо из чудес...

Раскрылись дали знойные,
Как бездны синей тьмы...
Я слышу вихри стройные,
Поющие псалмы...

Как звон, они проносятся
В пространстве без конца,—
Поют, взывают, просятся
В мое — во все сердца...

С безмерным ликованием
Сменяются часы,
Весь мир объят сиянием,
Что капелька росы!

Пылает вечной славою
Святыня бытия,
Я и светлом море плаваю,
Мои парус — мысль моя!
_______________________

1 Слава всевышнему в небесах!(лат.).-
начало католического церковного гимна,
известного с IV века.

 
 
 
В ЛЕСУ

Тишь... Безмолвие лесное...
Безмятежен ранний день,—
Лист не дрогнет в ровном зное,
Ни узорчатая тень...

Вдоль тропинки незабудки
Притаились в полумгле,—
Золотые промежутки
Протянулись по земле...

Только звонко захохочет
Птица в зелени ветвей,
Только бегает-хлопочет
Деловитый муравей...

Чу! Над светлою дремотой
Пробежал веселый свист
И, сверкая позолотой,
Заметался влажный лист...

Вдаль ли глянешь, вглубь ли, ввысь ли,
Всюду — трепет, шелест, дрожь...
Только вникни, только мысли,
Все узнаешь, все поймешь!

 
 
 
В МОЕЙ СУДЬБЕ

В моей судьбе все царство праха было...
В моей судьбе
Так часто сердце падало, и стыло,
И знало вновь миг пламени в себе.

В рассветный час мне дан был кубок дрожи...
В рассветный час
Я принял посох смертных бездорожий,
Где пыль и зной равно встречают нас...

И в полдень мой — я с солнцем пламенею...
И в полдень мой
В полях земли упорствую и сею
С надеждою и верою немой.

А ввечеру я встречу тень в покое...
А ввечеру
Я в звездный храм свершение людское,
Как жатву праха, кротко соберу!

 
 
 
В МОРЕ

E quindi uncimmo a riveder le stelle1.
Dante

Bring me my chariot of fire!2
William Blake

Hear the loud alarum bells –
Brazen bells!
Edgar Poe3
________________________________

1 Тогда мы вышли, чтобы увидеть звезды.
                              
Данте Алигьери.
2 Дай мне мою огненную колесницу!
                                   
 В. Блейк.
3 Слушай, как гудят колокола тревоги –
Медные колокола!
                             Эдгар По

В безбрежность дня
Один плыву —
В кольце огня,
Сквозь синеву!

В лихих валах
Дороги нет...
Их зыбкий прах
Замел мой след...

Весь с мигом слит,
Мой легкий челн
Легко скользит
По воле волн...

Рассветный хмель
Над синей тьмой,
Моя свирель
Да жребий мой,—

Да гордый ум
Вне смертных уз,
Да прихоть дум —
Вот весь мой груз!

Простор валов,
Их зыбкий снег —
Мой верный кров
И мой ночлег...

Все — свет, покой
В моем кругу,
И дым людской
На берегу!

 
 
 
В НОЧНОМ ПУТИ

Мне шепчет Ночь в тиши унылой,
Смущая ум, волнуя кровь —
Твое грядущее уж было,
Твой час былой цветет, как новь...

И все смятенье яви бренной
В удел людскому дню дано —
И ты живешь, одновременно,
Как корень, стебель, цвет, зерно...

И пусть лишь каплей сердце дышит,
Но миг твой равен Бытию —
Весь океан, не вал, колышет
Твою заблудшую ладью!

 
 
 
В ПАРКЕ

Пусто, пусто в старом парке...
Каждый угол поредел,
Даже там, где в полдень жаркий
Час прохладный не скудел...

Шире каждая дорожка,
Где теперь хлопочет крот...
Заколочена сторожка
У свалившихся ворот...

Где спускался, зыбля складки,
Вешний груз зеленых риз,
Ныне дремлет в серой кадке
Одинокий кипарис...

Взор печальный отмечает
Прах и тлен со всех сторон...
И осенний вихрь качает
Гнезда черные ворон...

Вот пустынный холм с беседкой...
Грустный кров — теперь сквозной,—
Где с прекрасною соседкой
Коротал я час ночной...

Скорбен вечер в небе хмуром,
Грустен в парке мертвый шум...
И пред каменным Амуром
Я стою, один, угрюм...

 
 
 
* * *

В полдень мы были высоко в горах —
Вместе забыли мы рыночный прах.
Все мы имели: простор впереди,
Гордую веру в груди!
В этот святой, торжествующий час
Мир был наряден и светел — для нас.
Миг торжествующий нас приобщил
Богу живому мечтаний и сил.

Block title

Поиск

Произведения

Статьи


Snegirev Corp © 2019
Яндекс.Метрика