Главная
 
Библиотека поэзии СнегиреваСреда, 24.07.2019, 12:09



Приветствую Вас Гость | RSS
Главная
Авторы

 

Аделаида Герцык

 

        Стихи 1907-1925

                 Часть 2

 
 
 
* * *

Я только уснула на песке прибрежном,
Я не забыла, не забыла ничего,
В сверкающей выси и в прибое нежном
Слышу все то те, все о том те, что прошло.
На солнце рука моя лежит, разжата,
Камни горячие блестят на берегу,
И все, что случилось, ты безвинно свято,
Знаю, что зла не причинила никому.
Большое страданье я прошла до краю,
Все будет живо, ничего не пропадет,
Вот только я встану, и наверно знаю -
Всех я утешу, кто захочет и поймет.
Я только уснула, на песке, случайно,
В солнечной чаше пью забвенья игру,
И неба лучистость и лазури тайна
Нежат доверчиво усталую сестру.

 
 
 
* * *

Умей затихнуть, когда снегами
Вдруг заметется твоя стезя.
И в белой тайне, как за стенами -
Заря ли, ночь ли - узнать нельзя.
Когда невнятно, о чем веленье,
Гроза иль милость к тебе идет.
И только слышно в тиши мгновений
Неотвратимо судьба растет.
Не отзывайся на гул вселенной.

 
 
 
* * *

У меня были женские, теплые руки,
Теперь они стали холодные.
Были разные встречи и боли разлуки,
И сердце заклинало несвободное.
Но давно отгорели мои заклинания.
Все, что бывает,- мне жизнью даровано,
Я ни на кого не смотрю с ожиданием,
Не говорю никому речей взволнованных.
Но мне кажется, что жить так дольше не стоит,
И боль во мне неизлечимая,-
Ко мне не подойдет, меня не укроет,
Самое святое, любимое.

 
 
 
* * *

                К. Д. Бальмонту

У крутого поворота,
У обвала-перевала,
Ждал меня нежданный кто-то,
Встретил тот, кого не знала.
Небо жертвой пламенело,
Гас закат багряно-желтый.
"Проводить меж пришел ты
У последнего предела?"
- Для меня везде все то же,
Нет предела, нет заката,
Я не друг и не вожатый,
Я - случайный, я - прохожий
По полянам сновидений
Среди песен и забвений.
"Пусть случайный, беспредельный,
Но уж раз мы здесь с тобою,
Поиграй со мной последней
И смертельною игрою.
Видишь, гасну, как звезда, я -
Солнце скрыться не успеет,
Закачусь я, догорая,-
Ты же пой со мной, играя,-
Песня смертью захмелеет.
Оплети меня словами.
Опали огнем заветным,
Все, что будет между нами,
Будет вещим, беспредельным!"
У обвала-перевала
Сердце вдруг нездешним стало.
Закатилось, позабылось
Все, чем небо золотилось.
Вот иду я в край загорный,
Только снится мне, что кто-то,
Незакатный, непокорный,
Все стоит у поворота.
Родится воля из тьмы слепой.
Замкнись душою в тиши священной
И, если можешь, молись и пой.

 
 
 
* * *

Тяжки и глухи удары молота.
Высекается новая скрижаль,
Вещие буквы литого золота
Возвестят вам и радость, и печаль.
Лютует молот над глыбой каменной -
Тяжелосердый, разымчивый булат.
То, что крестилось любовью пламенной,
Упадет, и осколки заблестят.
Вихрем проносится страх незнания,
Трепет мысли безумной и нагой,
Страшны часы, когда глубь молчания
Опрокинется бездной над душой.
Но ненадолго тоска дарована,
Но кротка обличающая даль,
Будете к утру опять закованы
Высекается новая скрижаль.

 
 
 
ТЕБЕ

                  Нищ и светел...
                                В. И.

В рубище ходишь светла,
Тайну свою хороня, -
Взором по жизни скользишь,
В сердце - лазурная тишь...
Любо, средь бедных живя,
Втайне низать жемчуга;
Спрятав княгинин наряд,
Выйти вечерней порой
В грустный безлиственный сад,
Долго бродить там одной
Хмурой, бездомной тропой,
Ночь прогрустить напролет -
Медлить, пока рассветет,
Зная, что Князь тебя ждет.

 
 
 
СЧАСТЬЕ

                     Посв. Е. Г.

"Дева, тихая Дева!
Что ты все дома днюешь?
Днюешь дома, ночуешь"
- Счастье мне прилучилось.
Счастьем душа осенилась.
Надо с ним дома сидеть,
Дома терпенье терпеть.
"Дева, избранная Дева!
Молви, какое же счастье?"
- С виду, как шар огнистый...
Тронешь - огнем опаляет,
Глянешь - слеза проступает.
"Ох, сиротинка Дева!
Лютое, знать, твое счастье?"
- Счастье мое неизбывно.
Вех унимай - не уймешь!
Век заливай - не зальешь!
Душу поит мне струями зноя -
Нет с ним покоя.
"Дева! трудная Дева!
Ты бы его удремила!"
- Как же его укачаешь?
Хватом его не охватишь,
Словом молить - не умолишь,
Знаю - его катаю,
Сердцем-умом привыкаю...
"Дева! умильная Дева!
Что же ты петь перестала?"
- Что же и петь близ счастья?
Песни сами играют,
Жизнь да Смерть закликают.
Прежде, бывало, ночи
Реют темны-темнисты,
Звери вокруг зверисты,
Лешие бродят думы...
Песнями их разгоняешь,
Песнями тьму просветляешь.
Ныне же - яpoe небо
Гудом над сердцем стало,
Все, что и встарь певала -
Счастью пошло на требу.
Только б за ним углядеть!
Где уж тут петь!

 
 
 
COHET

Ты хочешь воли темной и дремучей,
Твой дух смущен, коснувшися души чужой,
И кажется тебе изменой и игрой
Случайный миг душевного созвучья.
В пустыне одинокой и зыбучей,
Не зная отдыха, в себе затаена,
Душа твоя сгустится пламенною тучей
И изольется вдруг потоками дождя.
Иди ж туда, куда зовет тебя твой гений,
Питайся родником своим, средь всех одна,
Никто не перейдет черту твоих владений.
Но чую, что, когда засветит вновь весна,
За этой ночью тайных дерзновений
Сведет нас вновь, волнуя, тишина.

 
 
 
* * *

Свежесть, утренность весенняя!
За ночь лес мой побелел.
И молитвенно нетленнее
Вся прозрачность Божьих дел.
В мглистом облаке вселенная,
Сердце тонет в красоте,
И свобода дерзновенная
Разгорается во мне.
Мир видений и безмерности
Я как клад в себе несу.
Не боюсь твоей неверности
В этом утреннем лесу!
Не хочу любви застуженной
В мире пленном и скупом,
Мое сердце,
Как жемчужина,
Вновь заснет на дне морском.
Оплетут его подводные
Голубые нити сна.
Только нежному, свободному
Надо мною власть одна!
Сосны млеют запрокинуты
В сине-бледной вышине,
Не останусь я покинутой
В этой утренней стране.
Я приманка всем желанная
(Перестанешь обнимать),
Станут зори златотканые
Хороводы вкруг водить.
Разомкну свои оковы я,
Струны в сердце задрожат,
И вплетутся песни новые
В мой причудливый наряд.
В каждый миг отчизна тайная
Стережет меня вдали.
Я недолгая, случайная...

 
 
 
РУКИ

Еще слабые мои руки,
Еще бледные от разлуки,
Что-то ищут они неутомно,
Одиноко им и бездомно -
Зажать, унять их!..
Как слепые, безвольно реют,
И под взглядами, что не греют,
Они движутся и белеют.
Вся их жизнь идет затаенно,
С ними тяжко мне и бессонно -
Укрыть, забыть их!..

 
 
 
* * *

Речи погасли в молчании,
Слова как дымы.
Сладки, блаженны касания
Руки незримой.
Родина наша небесная
Горит над нами,
Наши покровы телесные
Пронзило пламя.
Всюду одно лишь Веление...
(Как бледны руки!)
Слышу я рост и движение
Семян в разлуке.
Сердце забило безбрежное
Борьбу и битвы.
Тихо встает белоснежное
Крыло Молитвы.

 
 
 
* * *

Развязались чары страданья,
Утолилась мукой земля.
Наступили часы молчанья,
И прощанья, и забытья.
Отстоялось крепкое зелье,
Не туманит полуденный зной,
Закипает со дна веселье
Золотистой, нежной струей.
И навстречу влаге веселой
Голоса земли потекли,
Зароились жаркие пчелы,
Просветилась душа земли.
Только этой радостью вешней
Свое сердце ты не неволь,
Еще близко, в ризе нездешней
Отгорает старая боль.

 
 
 
ПРИЗЫВ

Солнце рдеет тоскою заката,
Жгучи последние красные стрелы.
Кличет брат разлученного брата,
Тайнам внемлет дол потемнелый.
Смирную душу и тело земное
Жалит луч призывно-багрян,
Будит, мятежит дыханье слепое,
Шепоты, ропоты темных семян.
"Кто нас пронзает?
Кто призывает?
О кто вы? Кто вы?
Сорвите оковы!"
- Мы - лучи
Души бестелесной.
Мы - ключи
Влаги небесной.
Мы - бледные тени
Божьего зрака.
Мы - обличенья
Дольнего мрака.
Расклубись, тишина!
Пробудись от сна!
Слушайте нас!
Мы - неба глас.
Мы заблудились
В дебрях ночей,
Мы изумились
Муке своей.
Нам выхода нет.
Погас наш свет.
Стонем от боли
В темной неволе.
"Вознесите свой глас
Из утробных глубин.
Протянитесь, светясь
Сквозь гряду судьбин!"
- Мы забили вещее слово,
Потеряли заветы Отцовы.
За чью вину
Мы в глухом плену?
Чьи мы дети?
Умрем на рассвете?
Где конец пути?
Как нам смерть найти?
"Слитно, безвольно
Тянется нить.
Путь богомольный
Надо свершить.
Вспомните смутный сон,
Тайну святых имен.
Вспомните - в светлом Храме
Вас излучало пламя.
Больше сказать не дано,
Пало святое зерно.
Разгорится, не зная,
Темный мир распиная.
Побед не бывать
Без тяжкого стона,
Вернетесь опять
В родное лоно".
Рдяный зрак окутал тени,
Тихо колдуют туманные росы;
Гуще плоть и вздохи томленья.
Ночь размела свои черные косы.

 
 
 
ПО ВЕТРУ

Какая быль в степи
Невнятно отложится?
С немыми травами
О чем колышется?
По ветру стелется
Истома дальная,
С ветрами шепчется
Душа скитальная.
"Мне нет названия,
Я вся - искание.
В ночи изринута
Из лона дремного -
Не семя ль темное
На ветер кинуто?
В купели огненной
Недокрещенная,
Своим безгибельем
Навек плененная...
Затемнился Лик,
Протянулась даль,
О как краток миг!
Как долга печаль!
Я игра ветров,
Шепот струйных снов,
Неуемный зной,
Плач души ночной.
Разорву я цепь,
Захожу волной -
Занывает степь
Ковылем-тоской.
Все незабытое,
Все недобытое
За мною носится
Бездомной свитою...
И нет руки, меня
Благословляющей -
О погоди на миг!
Внимай, внимай еще,
По бездорожию
Кружу напрасно я..."
И вновь зазыблилась
Ветрам подвластная.
Стихают жалобы,
Все дале слышатся -
Шелками русыми
Вся степь колышется.

 
 
 
ПЛАЧ

И дошла я до царства третьего,
Третьего царства, безвестного,
Знать, весной здесь распутье великое,
Не видать окрест ни дороженьки.
Аль туманы меня затуманили,
Аль цветы на пути одурманили,
Как из сердца-то все повымело,
Да из памяти все повышибло!
Чуть травинки по ветру колышутся,
Птицы малые где-то чирикают.
Сяду я посередь на камушке
Да припомню заблудшую долюшку.
Помню, шла я широкой дорогою,
Было в сердце желанье мне вложено,
Была дума крепко наказана,
Впереди катился золотой клубок.
В руке была палочка-отпиралочка.
Так прошла я два первых царствия,
Голубое царствие да зеленое.
Шла я, шла, по сторонкам поглядывая,
В разные стороны сердце разметывала.
Разметала, знать, Душу единую,
Потеряла словцо заповедное.
Укатилось желанье в воды во глубокие,
В темные леса, да во дремучие.
Ты весна ль, разливная веснушка,
Ты скажи мне, куда да почто я шла?
Не на игрище ль, да на гульбище,
На веселое пированьице?
Аль кручину справлять великую?
Аль молитву творить запрестольную?
Вы послушайте, ветры шатучие,
Не со мной ли блуждали, блудячие?
Не за мной ли веяли, вейные?
Вы пройдите-ка путь мой исхоженный,-
Обронила я там мою долюшку!
Ты пади с небеси, звезда вечерняя,
Упади на дорожку замкнутую!
Вы развейтесь, травы муравые!
Ты радуйся, страна безвестная,
Что сковала меня молчанием!
Хоть бы знать мне, что за сторонушка,
За царствие третье, безвестное,
Куда я зашла, горемычная бродяжница,
Во какие гости незнакомые?
Не видать ни прохожих, ни проезжих,
И сижу я с заранья до вечера,
С вечера до утра, припечалившись,
На катучем сижу белом камушке,
Слезно плачу во сыром бору
В темну ноченьку.
Долго ль мне тут быть-бытовать?
Наяву ли мне правда привидится?
Не во сне ль святая покажется?
Ты расти, тоска моя, расти травой незнаемой,
Процветай, тоска, лазоревым цветком,
Протянись стеблем к красну солнышку,
Умоли его себе в заступники.
Все сказала я по-своему, по-девически,
Это присказка была,
Не начнется ли новая сказка?

 
 
 
* * *

Печально начатый, печальный день,
Как пронесу тебя сквозь блеклые поляны?
Твоим ланитам как верну румяна?
Сотру ли скорбную с них тень?
Ограблен ты безверием моим
С утра. И вот бредешь, увялый,
Согбенный старец и усталый,
Еще не бывши молодым.
Слежу за гибелью твоей смущенно,
А мелкий дождик сеет полусонно.

 
 
 
ОБРЕЧЕННЫЕ

Там, где руды холмы
Закрыли дали,
Давно сложили мы
Свои печали.
Нить путеводная
Сорвалась где-то -
Как ветр, безродные
Бредем по свету.
Не сны ли Божии
За дымкой синей
Несут прохожие
Земной пустыни?
Бесследно тратим мы
Свой путь алмазный...
Из серебристой мглы
Встают соблазны -
И в зыби душ опять
Сгорают, тая...
Как про любовь узнать -
Своя ль? Чуть?
Восплещем вольною
Игрой мечтами!
Высь безглагольная
Плывет над нами.

 
 
 
* * *

Ночью глухой, бессонною,
Беззащитно молитвы лепеча,
В жребий чужой влюбленная -
Я сгораю, как тихая свеча.
Болью томясь неплодною,
Среди звезд возлюбя только одну,
В небо гляжусь холодное,
На себя принимая всю вину.
Мукой своей плененная,
Не могу разлюбить эту мечту...
Сердце, тоской пронзенное,
Плачет тихо незримому Христу.

 
 
 
НОЧЬЮ

Ты не спишь? Разомкни
Свой закованный взор,
Там за гранью земли
Есть престол лунных гор,
И затеплился мир,
Как уснувший сапфир...
Что мне делать с тобой!
Многожалой змеей
Все пути заплелись...
Помнишь, в южной стране
Есть седой кипарис?
Каменеет, скорбя,
Богомолец вершин,
А под ним - чешуя
Светопенных глубин!
Cкopo Вестник придет
С чужедальних сторон -
Вдруг послышится звон
С колокольных высот,
Вспыхнут звездно слова,
Кинут сердцу призыв,
И замолкнет судьба,
В знаках все затаив.
Из-за мглистых завес
И угрозы ночной -
Слушай шорох чудес
В этой тьме огневой!

 
 
 
НОЧНОЕ

Лунная дорожка
Светит еле-еле.
На моей постели
Посиди немножко.
Стали без пощады
и земля, и небо.
Я не знаю, где бы
Засветить лампады.
Хочется молиться,
Но слова забыла.
Господи, помилуй
Всех, кто здесь томится,
Чьи безумны ночи
От бессонной боли
И в тоске неволи
Чьи ослепли очи.
Помнить эту муку
Сердце так устало.
Здесь, на одеяло
Положи мне руку.
В этот миг не ранят
Нас ни Бог, ни люди.
Расскажи, как будет,
Когда нас не станет.

 
 
 
* * *

Не входи - я жду другого,
Не веди приветной речи,
Я готовлюсь к новой встрече,
Видишь - Гостя жду большого.
Его Имя, как светило,
Пламя жизни излучает.
Его Имя разлучает
С тем, кому оно не мило.
У меня здесь нет чертога,
Чтоб принять Его, как Бога,
Но, слагая гимн незримый,
День и ночь неутомимо
Буду ждать я у порога.
Проходи же молча мимо.

 
 
 
* * *

Не всегда будет имя все то же -
Мне другое дадут потом.
Полнозвучней, сильнее, строже
Начертается путь мой в нем.
Оно будет в руке, как лампада.
Я увижу, где тьма и где свет,
И куда мне пойти теперь надо,
И простили ль меня или нет.
Мы - слепые, живем, забывая,
Только слышим и кличем звук,
Наше имя, во тьме погасая,
Замыкается в мертвый круг.
И в названьи своем, как в темнице,
Мы недвижно, уныло ждем...
Трудно двери во тьме отвориться,
И безвыходен старый дом.
Я забила. Теперь не забуду,
Кто мне светоч опять зажжет;
Я доверюсь ему, как чуду,
И пусть имя меня ведет.

 
 
 
НА БЕРЕГУ

К утру родилось в глуби бездонной
Море-дитя,
Очи раскрыло, зрит полусонно
Вверх на меня.
В зыбке играет, робко пытая
Силы свои,
Тянется к выси; тянется к краю,
Ловит лучи.
Рядится в блестки, манит невинно
Неба лазурь -
Сердцем не чает скорби пустынной
Будущих бурь.
Родичи-горы чутко лелеют
Утра туман,
В стройном молчаньи смотрят, как зреет
Чадо-титан.
К морю-младенцу низко склоняюсь
С ясной душой,
Взмытые влагой камни ласкаю
Теплой рукой.

 
 
 
* * *

Кто неутоленный
Ищет, просит встречи?
О как хорош мой вечер -
Безымянный, бездонный вечер!
Чьи сердца устали
Ждать себе призыва?
Как огневое диво,
Угасают немые дали.
Из нагорной мяты
Кто венки свивает?
Сердце блаженно тает,
Не прося для себя возврата.
Кто устал от ласок?
Кто воззвал к покою?
Хочешь возлечь со мною,
Слушать песни вечерних красок?

 
 
 
* * *

Когда я умру - ты придешь проститься,
Мертвым нельзя отказать -
На умершие, стихшие лица
Сходит с небес благодать.
Для строгой души и строгого тела
Не будет ни зла, ни добра...
Ты скажешь, ко мне наклонясь несмело:
"Она была мне сестра..."

 
 
 
* * *

Если в белом всегда я хожу,
Прямо в очи безвинно гляжу,
То не с тем, чтоб со мной говорили,
Не затем, чтоб меня полюбили.
Освящаю я времени ход,
Чтоб все шло, как идет.
Если я долго сижу у окна,
И пылает лицо, как заря,
То не жду, не зову никого я,
И не манит окно голубое,
А о чем распалилась душа -
Я не знаю сама.
И веселой бываю когда я,
То веселость моя не такая,
Не людьми и не к людям светла я,
А уйду, нелюдимая вновь -
Не обиду в себе укрывая
И не к жизни любовь.
В темном лесе зажглися цветы,
Что-то нынче узналось в тиши,
С кем-то сведалась тайно судьба -
И еще одна грань пролегла
Между мной и людьми.

 
 
 
* * *

Здесь за холмами, под сенью крестною,
Воздвигаю я свой шатер.
Ратовать стану лишь с мглой небесною,
Отлучась от равнин и гор.
В склепе дубравном печаль истомная
Уж сотлела в земле давно,
Выросли там кипарисы темные,
Зашептали, что все прошло.
Радость свою, это Божье знаменье,
Свету-Солнцу хочу отдать,
Искру вернуть огневому пламени,
Ей там легче, светлей сгорать.
Снова душа - колыбель священная
Принимает весь мир в себя,
Тихо качает земное, пленное...
(Слышу, радость горит моя.)
Небо прозрачно, и сердце чистое,
Эту милость нельзя наречь -
Где-то дубравно, что-то лучистое...
И не будет ух больше встреч.

 
 
 
ЗАКАТ

Костер багряный на небе бледном
Зарделся пышным снопом средь мглы,
Вздымая клочья седого дыма,
Роняя искры на грудь земли.
Все разгораясь в пустыне неба,
Огнепалящий призыв он шлет,
Кого-то кличет из темной дали,
Кому-то вести он подает.
И кто-то верный, и кто-то дальний
Спешит по миру в ответ ему,
Струит дыханье, и гнет деревья,
И шепчет: Вижу! Гаси! Гряду!

 
 
 
* * *

Завершились мои скитания,
Не надо дальше идти,
Снимаю белые ткани я -
Износились они в пути.
Надо мной тишина бескрайная
Наклоняет утешный лик,
Зацветает улыбка тайная,
Озаряя грядущий миг...
Всю дорогу искала вечное,
Опьяняюсь духом полян.
Я любила так многое встречное
И несла в руке талисман.
Чрез лесные тропы сквозистые
Он довел до этой страны,
Чьи-то души, нежные, чистые,
За меня возносят мольбы.
И не надо больше искания,
Только ждать, горя об одном:
Где-то ткутся мои одеяния,
Облекут меня в них потом.
Озаренье святое, безгласное
Утолило печаль и страх,
И лежу я нагая, ясная
На протянутых Им руках.

 
 
 
ЖЕНЩИНАМ

Не грезится больше, не спится,
Ничто не радует взоры.
Владычица стала черницей,
И сняты с нее уборы.
Тревогою сердце сжато.
Рассыпалось все на свете.
Не стало ни мужа, ни брата,
Остались только дети.
Их больше, чем было прежде,
Собой мы их заслоняли,
В изношенной, тесной одежде
Милей еще, чем бывали.
Им нужно, чтоб их любили,
И нужно, чтоб их одели...
О, если б они свершили
Все то, что мы не сумели!
Так сладко за них молиться:
Помилуй, храни их Боже!
Ах, снова мы в них царицы
Богаче еще и моложе.

 
 
 
* * *

Дремлет поле вечернее, парное,
Рдея навстречу дням грядущим.
Стихает сердце прел ним благодарное,
Перед тихим, глубоким и ждущим-
Рядом желтые сжатые полосы,
Отгорев, полегли в смирении.
И ни шепота трав, ни птичьего голоса
В красном, немом озарении.
Священно поле в час повечерия.
И не нужно слов и моления...
Вся молитва в безбрежном, благом доверии
К небу и смерти, к земле и к рождению.

 
 
 
* * *

Где-то в лазурном поле,
За белыми в саване днями,
За ночными дремучими снами
Реет и плещет воля.
Нет там тоски желаний,
Стихают там речи забвенно,
Распускается лотос священный...
Только б дойти до грани!
Все на пути сгорает,
Что не сгорит - застынет...
Но там, только там, только в синей,
Заозерной, загорной пустыне
Сердце молчит и знает.

 
 
 
ВЕЧЕР

Отчее oкo милостное
Сокрылось - миру прощенье кинув.
Отчая риза пламенны
За горные кряжи каймой стекает.
Миг - и ум отблеск ее
Тлеет в небе вечернем.
Холоден, сир остался
На бледной земле
Человек.
И бледны, мертвы на песке
Следы человечьи.
Острым духом пахнули
Горные злаки.
Не око отчее
Помнит душа маловерная -
По ризе алой,
За горные кряжи спадающей,
Сердце тоскует,-
Ризу пурпурную
Кличет юдольное...
Сердце! Восстань, ополчайся
На подвиг ночной,
Молчаливый!
Ухо! Приникни
И слушай
Шорохи темных посевов.
Не будет милости больше.
Долог путь одинокый.
О риза отчая, пламенная,
За горные кряжи текуая!

 
 
 
ВЕСНА

Вы сгиньте, обманы,
Укройте, туманы,
Храните глубокую дрему.
                  Вяч. Иванов

                                   Посв. В. Г.

Женщина там на горе сидела.
Ворожила над травами сонными...
Ты не слыхала? Что шелестело?
Травы ли, ветром склоненные...
То струилось ли море колоса?
Или женские вились волосы?
Ты не видала?
Что-то шептала... руду унимала?
Или сердце свое горючее?
Или в землю стучалась дремучую?
Что-то она заговаривала -
Зелье, быть может, заваривала?
И курился пар - и калился жар -
И роса пряла... и весна плыла...
Ты не слыхала?
Ветер, наверно, знает,
Что она там шептала,
Ветер слова качает -
Я их слыхала.
"Мимо, мимо идите!
Рвите неверные нити!
Ах, уплывите, обманы!
Ах, обоймите, туманы!
Вырыта здесь на холме
Без вести могила,-
Саван весенний мне
Время уж свило...
Ах, растекусь я рекою отсюда,
Буду лелеять, носить облака...
Ах, не нужно зеленого чуда -
Небу я буду верна...
Мимо, мимо идите,
Вечные, тонкие нити -
Солнце меня не обманет,
Сердце меня не затянет..."
Ветер развеял слова...
Хочет молчать тишина.
Это настала весна.

 
 
 
ВЕСЕННЕЕ

Подвига просит сердце весеннее-
Взять трудное на себя и нести,
Хочется истаять самозабвеннее,
В муке родной изойти.
Снова открылись горы жемчужные,
Покорная серебристая даль,
Все, что манило, стало - ненужное,
Радостна только печаль.
На богомолье в мир я рожденная,
Не надо мне ничего для себя.
Вон голубая, мглой озаренная
Вьется все та же стезя.
Block title

Поиск

Произведения

Статьи


Snegirev Corp © 2019
Яндекс.Метрика